Nick Zavriev (organickloud) wrote,
Nick Zavriev
organickloud

BLOC WEEKEND 2009 :: DAY 02



Проснувшись часов в десять (разница во времени даёт себя знать), отправляемся в «Sun & Moon» пробовать английский завтрак. Кухня не поражает, но во всем есть свои приятные стороны – в кафе нам играют Kraftwerk и удивительный мэшап из Грандмастер Флэша и Casco. Удаётся выяснить, что это не постоянный музрепертуар кафешки, просто организаторы фестиваля позаботились и об этом, раздав всем местным заведениям диски со своей музыкой. Похвальная предусмотрительность!





Отправляемся гулять в деревню, благо погода великолепна – градусов 15 тепла и солнце светит. Отличия от Хемсби разительные. Майнхед – уютный, в меру туристический городок.



На каждом шагу кафешки, мороженое и мелкие магазинчики. Сейчас явно не сезон, но в связи с фестивалем наблюдается некоторое оживление. Погуляв вдоль моря и поглядев на валлийский берег, отправляемся в гору – местность тут холмистая и на возвышенностях наблюдаются архитектурные красоты. По извилистой улочке Church Road отправляемся по направлению к башне – оттуда нам, судя по всему, откроется вид на Батлинс.





Местечко и вправду живописное – домики с соломенными крышами, причал с лодками, которые комично стоят в песке (в это время на море отлив). Наверху действительно обнаруживается церковь и красивый вид на поселок.







Главная достопримечательность самого Майнхеда – музейная железная дорога. Когда-то по ней возили уголь, а потом государство отказалось её поддерживать, участок выкупил частник и сделал из него музей – отсюда до Тонтона (ближайшая станция, где есть полноценная «железка») несколько раз в день хотят поезда с паровозами. Посмотрев расписание, решаем покататься здесь завтра, а пока возвращаемся на фестиваль, сегодня тут много интересного.

Наш первый пункт назначения – арена TecBloc (остальные пока закрыты), там сейчас некто Junq. Парень с лаптопа играет довольно мрачную смесь эйсида, электро и айдиэма. Народу внутри мало, рейверы пока спят, в пять вечера их даже поесть не заманишь, не то что музыку слушать. Джунк не поражает, но для начала программы его секвенции вполне подходят. Через час с небольшим здесь играет Ульрих Шнаусс, мы пребываем в радостном предвкушении. Шнаусс на этом фестивале немного белая ворона. Во-первых, IDM тут в этот раз немного (а жаль), во-вторых, он хоть и переехал в Англию, по-прежнему больше известен либо в кругах любителей CCO и Morr Music (т.е. в родной Германии), либо в Штатах, где он издаётся на Domino и тусит с местными шугейзерами.

Вскоре Джунка сменяет некто Pathic и это приятный сюрприз. Парень заявлен как диджей, но на поверку оказывается лайвом, причем на редкость приятным. Вроде бы ничего интересного с технической точки зрения он не демонстрирует (ноут кажется даже без контроллера, к тому же парня запрятали в дальний угол сцены – ничего не разглядишь), но музыка выше всяких. Патик играет стопроцентную «умную электронику девяностых», больше всего это напоминает Gescom образца пластинки «Gescom 2». Приятные булькающие бас-линии, бодрый бит и оптимистичные синтезаторные аккорды. В какой-то момент мне примерещился в этом какой-то классический Rabbit In The Moon, но наводка оказывается ложной, все треки у Патика, судя по всему, оригинальные.

В шесть на главной арене заявлены Lee Perry & The Upsetters, но видимо отец даба забил большой косяк и не торопится – двери закрыты, внутрь никого не пускают, а у входа толпится кучка преданных dubheads. С чистой совестью отправляемся обратно в «текблок».



С опозданием минут на пять, на сцене появляется Ульрих. Слегка всклокоченный мужчина артистического вида – сел в полоборота к зрителям как за рояль, проверил звук побряцав клавишами, и зарядил «Einfield». Привычное начало. Шнаусс как истинный шугейзер выкрутил громкость – еще и не разыгрался толком, а колонки уже фигачат как вентилятор – от них прямо физическое давление идёт. Версии заметно отличаются от студийных – убран весь вокал, а вместо него добавлены еще какие-то партии, в результате получается самая настоящая стена звука. Как-то так, судя по описаниям (только с живыми инструментами), звучит лайв My Bloody Valentine, а мне конечно приходит в голову аналогия с Port-Royal – нечто похожее они устраивали в Москве совсем недавно. Вещи идут без пауз, при этом начав неторопливо, Ульрих постепенно разгоняется и самый экстаз наступает на «Here Today, Gone Tomorrow», за которой идёт “Stars” – странно её слышать без вокала, но вещь конечно гениальная, сколько раз её слышу, столько раз восторгаюсь. Тем временем как-то незаметно набежал полный зал народу.



Материал с последнего альбома доминирует, но я жду новых вещей – а вдруг сыграет что-то совсем свежее, благо альбом, как говорят, практически готов. Но Ульрих продолжает бомбардировать всех треками с «Goodbye». Неожиданно пышным цветом расцветает “Shine”, вот уж этой вещи отсутствие вокала совсем не вредит, даже наоборот. Следующий эмоциональный пик – «Medusa». Долго раскачивается, а потом обрушивается мощным звуковым потоком. По идее, дальше должен идти “On My Own”, но вместо этого Ульрих заводит… странное техно! Обычный такой немецкий минимал-тупнячок. Я в недоумении – неужто это и есть новый альбом?! То-то его в «Солянку» повезли! Но отыграв парочку таких треков, Шнаусс раскланялся и был таков.

Отыграв сет, Ульрих не исчез в кулуарах, а спустился в народ и мило общался с публикой, чем грех было не воспользоваться. В результате сет Роба Холла (ближайшего соратника Autechre, хозяина Skam и участника Gescom) мы так и прослушали вполуха. Начал Роб неплохо, всё с той же приайдиэмленной разновидности электро, но быстро съехал в техноидный звук, который изрядно напоминал разочаровавший мне год назад лайв The Black Dog. Что же до Ульриха, то он оказался исключительно приятным собеседником. Два трека в конце это, разумеется, не новый альбом, а скорее старый – Шнаусс решил пошутить и сыграл пару треков своего субпроекта Hexaquart. Новый альбом почти готов и там будет совсем не шугейз, а классическая электроника. Выйдет диск уже не на Independiente, от которого у Ульриха впечатления просто кошмарные. Еще он готовит к выходу сборник ремиксов, где будут собраны «те, которые мало кто знает». Ужасно интересно рассказывал про своих многочисленных коллобораторов. Например, с Boy In Static его познакомил Helios, который играет у Бой Ин Статика в концертном составе.

Пообщавшись со Шнауссом, отправляемся на главную арену посмотреть на The Scientist. Компания развеселых стариканов играет уж совсем традиционный ска / регги. Народ пляшет, излучая добро и позитив, но в целом музыка не поражает, уж больно эти чуваки похожи на группу Манго-Манго. Так и хочется подпеть про «не тем ударился о воду дурачок».



Идём смотреть на Zion Train и там уже всё куда веселее. Диджей, эм-си, тромбонист и саксофонист играют вроде бы тоже даб, но не из семидесятых, а из девяностых – танцевальный и с электронной основой, иногда разгоняющийся в drum&bass. Вокалист, потрепанный дядька в спортивных штанах и майке-алкаголичке, шоуменит и заводит публику на предмет попеть, покричать, похлопать и так далее. Народу в зале битком, перед сценой слэм, всё как надо. «When I say ZION you say TRAIN! I say ZION, you say TRAIN! ZION! TRAIN! ZION! TRAIN!». Заяц! Волк! Заяц! Волк! Прием тупой, но беспроигрышный, народ в экстазе. Под конец ребята ускоряются чуть ли не до хардкора и играют уж совсем безумную версию «War In Babylon». Записываем группу в разряд приятных сюрпризов.



Остаёмся там же слушать Bass Clef. Импозантный бородатый мужичок выступает в роли ну не человека-оркестра, а скорее человека-оркестрика. Перед ним ноутбук, из которого он извлекает басовитые дабстеповые паттерны, а также микрофон, в который он понемножку играет на разных инструментах. То тромбон из загашников вытащит, то какую-то странную дудку, то банку, по которой колотит барабанными палочками. Смотреть на это интересно, но сама музыка не слишком впечатляет. Отправляемся гулять по аренам.



На Sky Bloc, что расположен посреди еды и футболок, играет French Connection Trio. Джазовый ансамбль в составе ударника, контрабасиста и клавишника с синтезатором, играет кавер-версии всевозможной электронной классики – наш ответ джаз-стандартам. Клавишник как правило выводит свои трели тембром электрического фортепиано, но время от времени вдруг начинает петь в вокодер. В общем, когда многословный джазовый импровиз вдруг оборачивается «Trans Europe Express»’ом, я прямо рот открываю от удивления. С удовольствием бы сходил на их концерт где-нибудь в «Доме музыки».

На «главной» рубит правду-матку Jamie Lidell. Пять лет назад он выступал у нас на «Аванте», тогда внешне он походил на космонавта из комиксов и играл какой-то термоядерный гибрид фанка и IDM. С тех пор он окончательно возомнил себя новым Принсом, изгнал со своих пластинок электронные эксперименты, но лайв у него по-прежнему неплох. Теперь он причесан, одет в очочки и строгий костюм и чем-то напоминает Гришковца. А теперь представьте себе, что мистер «настроение улучшилось» вместо того чтобы размеренным голосом прогонять свои телеги, начинает корчить рожи, орать в микрофон, щелкать языком, шипеть, сэмплируя все это на лету и выдавать фанковые рулады в духе Соломона Бёрка. По-моему очень смешно. Лиделл именно так и делает – если лайв Галуна кажется вам чем-то оригинальным, то вот вам исходная версия. Лиделл делает так уже почти десять лет. Только если раньше его лайв целиком состоял из такого вот битбоксинга и самосэмплирования под скудный аккомпанемент электроники, то теперь он сначала строит на лету эту шумную ритмическую текстуру, а потом напевает сверху свою фанковую лирику. В паре песен он в ущерб саунд-дизайну даёт диско и это его совсем не портит. В общем, действо из разряда «мастерство не пропьешь».

На «Тек блоке» тем временем уже начался лайв Cosmic Force. Клиентов Clone и Crème Organization широкой публике показывают по большим праздникам, поэтому бежим смотреть. «Космическая сила» оказывается очень серьезным бородатым дядькой в бейсболке, который в кромешной тьме (свет на «Блоке» – тема для отдельной истории) копошится в «Макбуке» и нескольких железках. Очень хочется посмотреть, что происходит у него на столе, но Бен забился в дальний и самый тёмный угол. Так что смотреть не на что, но играет Cosmic Force хорошо – тяжеленькое электро, время от времени разгоняющееся в кислотное техно. К тому же у Бена очень приятный звук – мягкий и жирный, ну в общем с другим на Crème не подписывают. Внимательно наблюдающий за происходящим Ali Renault из Heartbreak немедленно заявляет, что это пока лучшее, что он слышал на фестивале. Лучшее не лучшее, но в общем хорошо.

По пути обратно попадаю под шмон – при входе на каждую арену стоит охрана, которая в случайном порядке выдёргивает людей и очень вежливо, но тщательно обыскивает, залезая буквально в каждое отделение кошелька. Ищут, судя по всему, наркотики, но как-то все равно странно – что мешает, например, закинуться на улице? Впрочем, к чести фестиваля надо сказать, что убитого народа минимум. Если сонар после двух часов ночи превращается в многотысячный наркопритон, то здесь народ ограничивается пивом и сидром и в массе своей вполне трезв.

Возвращаемся на Red Bloc, где в разгаре выступление Tim Exile, восходящей звезды по мнению Warp Records. Еще один бородач (фэшн-тренд однако) рубит довольно необычную музыку – рваные ритмы, пульсирующий электронный бас и синтипоперские мелодии, под которые Тим поёт неплохо поставленным голосом. Местами звучит как R&B для умненьких, местами – как воображаемый ремикс Aphex Twin на Pendulum, чаще – как развитие идей Джеми Лиделла. Вроде бы всё делает хорошо, но то и дело проскальзывающие параллели с Тимбаландом ломают весь кайф.



Народу, впрочем, нравится – арена забита почти до отказа, мы даже не решаемся идти к сцене и наблюдаем за происходящим с балкончика. Второй уровень амфитеатра поднимается над первым где-то на метр, в результате обзор сцены получается близким к идеальному, да и звук в этой точке что надо. Наигравшись в одиночестве, Тим поднимает руки и под его крик «Ladies and gentlemen! Beardyman!» на сцену выходит еще один бородатый дядя. Бёрдимен соло играет здесь через полчаса, вот и зашел побитбоксить. Битбоксеров я не люблю в принципе, а этот как-то особенно громок и шумен, так что я отправляюсь пить кофе, заодно отметив, что выступление Бёрдимена пропущу без сожалений.



После задержки имени мистера Ли «Скретч» Перри лайнап на главной арене так и сдвинулся, однако организаторы делают всё возможное чтобы наверстать отставание от сетки – у каждого играющего отнимается по 10 минут, а новое расписание, распечатанное на принтере, немедленно вывешивается у входа. Пустячок, а приятно – на Сонаре, где сетка тоже иногда ползла, ничего подобного не наблюдалось.

Возвращаемся на Centre Bloc ровно к выступлению Egyptian Lover. Что поражает во всех этих «отцах электро», так это размеры. Грег Бруссар (Greg Broussard) занимает примерно полсцены. Ну ооочень внушительный дядя. Заявлен он с лайвом, но вначале решает разогреть публику пластиночками и ставит то, что все от него и ждут – электро-классику: Kraftwerk “Tour De France”, Cybotron “Clear” и т.д. Но минут через двадцать вытаскивает откуда-то TR-808 и даёт жару. Музыка у него проще некуда – бит и рэпак, даже баса толком нет, но из этого он выжимает максимум. Бит такой, что стоять на месте невозможно, да и речитативы Грег читать совсем не разучился. В отличие от Dymamix II, Egyptian Lover хитов совсем не стесняется – играет «What is a DJ if he can’t scratch», ну и конечно «Egypt Egypt».



Но коронным номером были все-таки не они. В какой-то момент Грег развернул ритм-машину к публике, стал живьем забивать там паттерны и устраивать с публикой кричалки: «Say eight-oh-fuckin’-eight! eight-oh-fuckin’-eight! Hoh-oh! Hoh-oh! Eight-oh-fuckin’-eight!». Народ в восторге. Выступление отличное, но короткое – минут сорок на лайв и диджейство.





Думаем проведать остальные арены, но агентура докладывает, что сюда уже не войти – снаружи выстроился длиннющий хвост из желающих увидеть Aphex Twin, так что не выпендриваемся и терпеливо ждём. На сцене происходит какой-то ажиотаж – опускают экраны, тащат груду странных железок (при ближайшем рассмотрении большая часть из них оказывается стационарными «маками» с огромными мониторами), а перед сценой водружают огромный куб с белой буквой «А» - логотипом Афекс Твина. В обещанные 00:30 на сцене появляется два человечка. Справа – лысый и очень серьезный человечек в очках, чуть левее – наш старый знакомый мистер Ричард Дэвид Джеймс. Он состриг свои патлы, побрился и вообще выглядит весьма благообразно.



Начинают очень торжественно – пускают в зал какие-то шумелки, под которые синтетическая «говорилка» читает текст о неутешительном будущем человечества. Текст дублируется на видеоэкраны – зеленые угловатые буквы напоминают компьютерные игрушки восьмидесятых годов. Из интро потихоньку вырисовывается эйсидное бульканье, а затем и ретроградский ломаный бит в духе начала девяностых. Это «Аналорды». Пока парни раскачиваются, я делаю попытку вырваться к сцене, чтобы поглядеть на процесс поближе. Удивительно то, что даже когда зал набит до отказа, подойти к сцене можно почти всегда – публика не жмётся к кумиру как селёдки в бочке, а распределяется более-менее равномерно. Но даже оказавшись в первом ряду, рассмотреть сетап нет никаких шансов. Всё скрывают огромные компьютерные мониторы, а что за ними делают парни – полнейшая загадка. Возвращаюсь назад, где наша компания облюбовала местечко за будкой звукача поближе к задним порталам. И тут из задних колонок вдруг заиграл Хекер.



Тут надо сделать отступление – с Афекс Твином играл совсем не Тим Хекер, как думали многие, а его однофамилец Флориан из Австрии, клиент Mego Records, большой экспериментатор и эксцентрик. Музыка Хекера звучит так, будто пытаешься проиграть JPEG-файл. Это самый что ни на есть оголтелый авангард – ни мелодий, ни гармонии, ни какой бы то ни было структуры, ни даже чётких тембров. Абразивный поток звука. Так вот – дождавшись, пока публика окончательно настроится на рейв-волну, Хекер, не долго думая, начал пускать свои «картинки» в задние колонки, благо саунд-система помещения запросто позволяла оперировать с двумя парами порталов независимо.

Я бы понял, если Ричард подстроившись под коллегу, тоже заиграл бы что-нибудь авангардное, но у него и в мыслях ничего подобного не было. Тот продолжал фигачить свой привычный полулайв-полудиджейсет, перейдя с эйсида на классические рейв-хиты вроде Altern8 “Frequency”, Outlander “Outlander” и Cubic 22 “Night In Motion”. Я даже принялся ходить по залу в поисках места, где эта квадрофония звучала бы адекватно и рейв с нойзом сложились бы в сколько-нибудь стройную картину, но безрезультатно. По-отдельности это может и имело бы какой-то смысл, а вместе напоминает сплит-пластинку Merzbow и Ladybird, где два никак не связанных друг с другом альбома просто играют в разных каналах. Не найдя ничего лучше, просто подбираюсь поближе к передним колонкам чтобы слышать только Ричарда. Тот хорош, но не поражает – масштабный «рейв диггерс», поданный с пафосом группы Justice это все-таки не то, чего ждёшь от выступления «прародителя всея айдиэму».



Не дослушав Афекса до конца (тот по расписанию играет аж два часа), отправляемся посмотреть на Modeselektor, благо тех поменяли в лайнапе с Beardyman и перенесли их выступление на час ночи. Не тут-то было! И тут очередь. Все рейверы проснулись и жаждут движухи. Однако очередь, хвост которой оказался где-то в центре «Скайлайна», движется быстро, и минут через 15 мы уже оказываемся в набитом «Ред блоке», где нас встречает главное разочарование фестиваля. Немцы играют какое-то адское быдлотехно. Такое ощущение, что весь сет превращается в бесконечный трек «Suckerpin», в котором зациклили первый луп и время от времени убирают бочку чтобы потные рейверы поорали. Буквально полгода назад на Field Day немцы играли хиты, были милы и мелодичны, а тут такой конфуз. И главное что какие-то зачатки хитовых треков вроде римикса на Бьорк в их сете проскальзывают, но всё это безжалостно переделано в незатейливый клубнячок «шоб качало». Позорище.

Отправляемся на лайв Robert Hood. Надежд услышать что-то интеллектуальное почти нет, но все-таки посмотреть на живую легенду любопытно. Чёрный человек в тёмной комнате играет тру-минимал. Не видно не зги, да и после Модселектора техно слушать тяжеловато. Чуточку погуляв по территории Батлинс и еще разок встретив Шнаусса, отправляемся спать. За бортом остаётся часть ночной программы, но Richard Devine и Ed Chamberlain – не то, ради чего стоит убиваться.
Tags: live, music, review
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments